Француз переехал в Минск и рассказывает, как живет в стране, не зная русского языка - Цэнтр "Жывая Бібліятэка"
Кнігі

Француз переехал в Минск и рассказывает, как живет в стране, не зная русского языка

Пабло переехал в Беларусь в январе. Тут он снимает фильм – о белорусах, их желаниях и страхах. И в процессе подмечает много неожиданного о жителях Минска. Что именно – узнали вместе с городским журналом CityDog.by.

О том, зачем приехал в Беларусь: «Мне нравится наблюдать за тем, как люди задумываются о своих правах и свободе»

Пабло – кинематографист с юга Франции. В 2013-м он переехал в Бельгию, сначала учиться, а потом остался там жить. В Беларусь впервые он приехал еще три года назад. Тогда его короткометражка попала на кинофестиваль «Лістапад».

– Я посылал заявки на разные фестивали, которые могли бы заинтересоваться моей работой, – объясняет Пабло. – «Лістапад» стал одним из них. Сюда приехал представить работу и поговорить про фильм. В ленте проводились параллели между пчелами и людьми.

Всего в Минске я пробыл около 10 дней. Сначала жил в хостеле, подальше от центра. Там я встретил много интересных людей: даже если они не понимали меня, то помогали и были добры. Однажды, например, я познакомился с парнем, которого бросила девушка. Он плохо знал английский, но мы говорили минут 30–40 минут о разных вещах.

В январе 2021-го Пабло снова приехал в Минск. Одной из причин стал карантин в родной стране.

– Я знал, что происходит в Беларуси. Я хотел провести тут больше времени, узнать людей и понять философию города. Ситуация в вашей стране довольно интересна для меня. Мне нравится наблюдать за тем, как люди задумываются о своих правах и свободе.

Почему во Франции все не так радужно: «В одном только Париже тысячи живут под мостами»

Пабло замечает, что Франция не настолько прекрасна, как кажется. Особенно – в последние годы. Парню больше нравится жизнь в Бельгии. По его словам, там люди открытые, и есть много возможностей для самовыражения и творчества.

– Во Франции много безработных. Они получают пособие от государства, чтобы выживать. Работа, которую им предлагают, много денег не приносит. Это где-то 300 евро в месяц – ничто для страны, даже квартиру не снять.

Среди безработных много иностранцев. В стране еще и высокий уровень расизма: вас, например, могут не принять на работу из-за североафриканского имени.

Люди сотнями живут на улицах, умирают там. Мне кажется, французы потеряли идею человечности. Они могут думать о бездомных на работе или дома, но, когда сталкиваются с ними в реальности, стараются избегать. Они не хотят видеть правду. А в одном только Париже тысячи живут под мостами.

В разговоре мы вспоминаем желтые жилеты – спонтанные протесты без лидера. Пабло замечает, что французы постоянно борются за свои права. По его словам, в стране плохо работают все сферы жизни: образование, здравоохранение и другие. И населению это не нравится.

– Протестовать очень тяжело. Со стороны кажется, что мы просто выходим на улицы. В реальности туда выходит и полиция с армией. Они стреляют в людей, используют водометы и звуковую атаку. А еще наши ID есть в интернете. Так что после протеста тебе могут прислать штраф или лишить работы.

«Паршивая работа в Беларуси уже занята самими белорусами»

Пабло думал учить белорусский, но русский практичнее. С ним он сможет ездить по странам СНГ.

Без знания русского Пабло тяжело найти работу. Он старается выбрать что-нибудь, связанное с английским, французским языками, – или что-то, связанное с кинематографом.

– Я много путешествовал и обычно быстро находил работу. В богатых странах, как в Австралии или на западе Европы, ты легко ее найдешь, даже если не знаешь языка, потому что всегда можно выбрать «паршивую» работу. В Беларуси же не такая хорошая ситуация. Эти места уже заняты самими белорусами.

Француз замечает, что не говорить на русском или белорусском в Минске не проблема. Тяжело из-за невозможности читать. Вначале ему было непонятно, где заканчивается одно слово и начинается другое.

– Когда ты едешь в какое-то место, то не можешь его найти, потому что не знаешь, как оно написано. А ведь все кажется одинаковым. Сейчас я немного могу читать, научился по интернету. Еще мне подарили книгу Антуана де Сент-Экзюпери. Тренируюсь по ней. Только вот значения слов не знаю.

В магазинах и других местах всегда можно договориться с помощью жестов или просто показать что-то. Так что тут можно жить, не зная языка. Люди всегда стараются тебе помочь.

Чем белорусы отличаются от французов?

По словам Пабло, жизнь в Беларуси особо не отличается от жизни во Франции или Бельгии. Привычки и стиль жизни людей примерно одинаковы. Но мы нашли несколько отличий.

– Вы при встрече жмете друг другу руки. Во Франции и Бельгии мы обмениваемся поцелуями. Причем только мужчины с женщинами или женщины с женщинами. Как говорится, мужчины должны держать дистанцию (смеется).

В Бельгии это один поцелуй. Причем ты можешь поцеловать даже босса или учителя. Во Франции все зависит от региона, так что часто возникает путаница. На Юге это два, в Париже – два или четыре.

Еще во Франции, когда мы пьем кофе или чай, мы окунаем в него круассан и едим. Так что люди странно на меня смотрят в минских кафе.

 

– А что тебя больше впечатлило в Минске?

– Входы в метро. Люди играют там на инструментах. Причем это могут быть 40-летние мужчины, которые поют, или молодые люди с электрогитарами. Это больше похоже на способ выразиться, а не на выживание. Мне очень понравилось. Я предпочитаю ходить пешком, но часто прохожу рядом, просто чтобы послушать музыку.

Пабло также заметил, что минчане после работы сначала идут домой, а только потом – в город. Во Франции, объясняет он, после учебы или офиса все идут в паб, а только потом – домой.

– Еще вы лучше приспособлены к холодной погоде. Я однажды упал на льду. Ко мне подошли два белоруса, посмеялись и сказали: «Мы сразу можем сказать, что ты иностранец, ведь ты упал».

«Думаю, белорусам тяжело быть свободными»

Во Франции про Беларусь особо не знают. Пабло замечает, что некоторые продолжают называть страну Biélorussie (Белоруссия). Так что если спросить про Bélarus, вас не поймут.

– На сайте французского правительства продолжают писать «Белоруссия». Так что Франция даже вашего названия не знает. Из-за этого названия некоторые понимают, что страна близка к России. Но они не знают, где именно находится Беларусь.

В основном о Беларуси думают как и обо всех восточноевропейских странах: что тут большое давление со стороны правительства, нет свободы, много опасностей и алкоголиков. Когда я говорил про свою поездку, мне отвечали: «Ты уверен?», «Будь осторожен». Но, по правде говоря, тут я чувствую себя безопаснее. У вас меньше неравенства и конфликтов между бедными и богатыми.

Пабло замечает, что белорусы открытые и дружелюбные. В пример он приводит Францию: там тяжело получить помощь от незнакомых людей.

– Сейчас будет обобщенный портрет белорусов: говорю заранее, чтобы никто не обиделся, ведь люди разные. Во-первых, вы гордитесь быть белорусами, но не гордитесь своей страной. Это заметно по вашему поведению. Люди иногда боятся что-то сказать.

Во-вторых, белорусы очень уважают других. Они не будут осуждать кого-то так, как осуждают себя. Это полная противоположность французам. С одной стороны, мне это нравится. Ведь очень классно уважать людей. Но, с другой стороны, мне хочется, чтобы вы больше гордились собой.

Еще вы более открыты, всегда помогаете. В Западной Европе люди закрытые, и ты иногда стыдишься того, что ты турист. Тут не так. И это не только по отношению к иностранцам. Я видел много примеров, когда незнакомые друг другу люди общались так, будто они друзья. Когда моей белорусской подруге была нужна помощь, ей помог незнакомец. Это приятно видеть – дает столько надежды и любви к людям.

– Во Франции не так? В чем выражается эта закрытость?

– Ну, допустим, мне нужны деньги на метро. Тут я поговорю с несколькими людьми и быстро найду помощь. Во Франции я буду просить час: никто не будет тебя слушать и даже смотреть в твою строну. Люди будут избегать твоего взгляда. Если ты просто захочешь поговорить, то они в первую очередь подумают, что ты попрошайка.

Рассказываем Пабло некоторые стереотипы о стране: советская архитектура, картошка, отсутствие улыбок. На последнее он замечает, что во Франции люди тоже мало улыбаются.

– Ну и немного негатива – нельзя ведь говорить только о положительном. Я думаю, белорусы слишком закрыты в своем мышлении. Вам тяжело быть свободными, когда дело, к примеру, касается условий жизни для женщин. Иногда надо думать по-другому и сражаться за то, что вам нравится. Я бы хотел, чтобы люди тут сражались со страхом. Хотя понимаю, что это тяжело.

О фильме, над которым работает в Минске: «Хочу описать историю звуками города и голосами людей, которые тут живут»

В Минске Пабло работает над особым проектом – собирает голоса города. В итоге получится фильм с кадрами из Минска, звуками из разных мест и ответами минчан на разные вопросы.

Пабло рассказывает про фильм и понижает тон голоса. Он объясняет, что белорусы часто говорили ему быть осторожным и бояться. «И я тоже стал – такая психология. Может, она передается?» – добавляет он.

– Я решил сделать то, что мы называем sound portrait: создать образ с помощью звука. Описать историю звуками города и голосами людей, которые тут живут. Я стараюсь быть объективным и говорю с разными людьми.

Я задаю им вопросы про жизнь: «Вы счастливы?», «Какое будущее видите?», «Что вас беспокоит?» Дальше идут более личные вопросы. Это не про политику и то, что люди о ней думают. Это про то, как люди себя чувствуют в такой ситуации.

– И что в основном отвечают белорусы?

– Они несчастливы. Гордятся быть белорусами. И надеются получить больше свободы. А еще беспокоятся больше за экономическую ситуацию, а не политическую. Они хотят, чтобы у страны в будущем было больше денег и чтобы у людей была работа получше.

Для героев фильма Пабло выбирает минчан, с которыми наладил контакт. К примеру, несколько раз ходит в заведение и разговаривает с одним и тем же работником. А потом – задает вопросы. Многие соглашаются.

– Я попробую продать фильм на радио во Франции и в интернет. Просто там и в Бельгии мы говорим только про ковид. А тут происходит революция. Мы про это писали совсем мало, у людей там не существует этого события в жизни и в голове.

Но это исторический момент, важный для всей Европы. Вы же последняя европейская страна с диктатурой. Люди тут пытаются изменить свою жизнь – важный пример для всего мира. Я не хотел делать журналистскую работу во время борьбы с силовиками, чтобы люди видели только террор и страх. Мне хотелось показать другое. Я решил дать людям микрофон – и позволить им выговориться перед другими странами.

Фото: Павал Хадзінскі для CityDog.by

Падпісацца на навіныПадтрымацьВаланцёрства
Глядзіце таксама
Навіны

Мы супраць ціску на студэнцкі рух

Кнігі

“Вырываць з кантэксту біблейскія выразы ды патрасаць імі як абсалютнай праўдаю некарэктна і непрадуктыўна”

Кнігі

«От хорошей жизни в вену себе ничего не загоняют»

Кнігі

«Клоунотерапия реально помогает»