Чем занимались больничные клоуны, пока больницы были закрыты на карантин? - Цэнтр "Жывая Бібліятэка"
Інклюзія

Чем занимались больничные клоуны, пока больницы были закрыты на карантин?

Чем занимались больничные клоуны, пока больницы были закрыты на карантин?

Улыбка – кратчайший путь к сердцу человека любого возраста. По крайней мере, в этом уверены волонтеры-клоуны. Не важно, куда они приезжают: в онкологические больницы, отселенные чернобыльские деревни или на свалку в Кению. Главная задача – подарить радость людям, которые, возможно, в череде житейских проблем о ней уже давно не вспоминали. Журнал CityDog.by рассказал о том, как больничные клоуны продолжали свою деятельность в условиях карантина.

Благотворительное общественное объединение «Больничные клоуны Funny Nose» объединяет 60 клоунов, более 30 из них работает в Гомеле. Самый большой запрос на клоунов-волонтеров – в Гомеле и Минске, а вот в других городах всего по одной областной детской больнице, так что и пациентов меньше. Задача больничных клоунов – взаимодействие с детьми в больнице: они помогают снять эмоциональное напряжение ребенка от пребывания в стационаре. Обычно клоуны приезжают в патронатные больницы один раз в неделю.

С марта 2020 года из-за пандемии клоуны не могут работать в больницах. Чтобы не растрачивать усилия даром, белорусская команда решила организовать серию представлений по глухим белорусским деревням Гомельской области – именно она больше всего пострадала от Чернобыльской аварии.

Почему даже медперсонал относится к больничным клоунам как к важным помощникам

Марина Ермакова была одной из главных инициаторок создания организации Funny Nose в Гомеле больше десяти лет назад. С тех пор команды появились и в других городах. Сегодня Марина рассказывает, на чем они сфокусировались в период карантина и почему это тоже важно.

– Бытует мнение, что больничные клоуны показывают представления, но это совсем не так. Потому что представление предполагает сценарий, а наше взаимодействие с ребенком – это полная импровизация. Чтобы выход в больницу состоялся, клоуну нужно учиться и работать над собой, гибкостью, актерскими навыками, своим персонажем и набором идей в течение определенного времени.

Когда мы приходим в отделение, то не знаем, что будет там происходить, кто нас ждет, в каком состоянии ребенок, будет он в палате один или с родителями, или с медсестрой. Клоуну нужно взаимодействовать с тем, что он видит в палате. Порой, чтобы сориентироваться, у волонтера есть буквально полминуты. До визита в палату мы отдельно оговариваем с медсестрой, какие есть особенности у этого ребенка, чтобы включить их в свою игру.

Моя основная задача как больничного клоуна – изменить атмосферу в палате, чтобы снизить напряженный эмоциональный фон или решить другие сложности, с которыми столкнулся ребенок. Это может быть страх перед процедурой, тогда я тоже пойду в процедурную и буду делать укол вместе с ребенком. Или он только поступил и еще не успел познакомиться с остальными детьми – я могу взять эту функцию на себя.

У нас много запросов от медицинского персонала с просьбой проводить ребенка до операционной. Ребенок находится на каталке, а мы вместе с ним идем по длинному белому коридору. Однажды в онкологическом отделении медсестра пожаловалась, что ребенок не ест уже третий день и придется поставить ему капельницу с глюкозой. А нам через игру удалось накормить этого ребенка.

По словами Марины, уже спустя 11 лет работ, многие из которых проходят в стенах одних и тех же больниц, врачи перестали воспринимать клоунов как аниматоров и относятся к ним серьезно, как к важным помощникам. Потому что больничный клоун – это помощник ребенка, который через игру может выполнять любую функцию: отвлечь, изменить пространство и атмосферу вокруг, поднять настроение.

Из-за COVID-19 пускать в больницы клоунов перестали в самом начале марта. Чтобы не терять сноровку и освободившееся время, команда из 66 человек прошла дополнительное четырехмесячное онлайн-обучение. И вместе с итальянскими коллегами, ассоциацией Una Mano Per Un Sorriso, показала 14 спектаклей в глухих гомельских деревнях, пострадавших от аварии на Чернобыльской АЭС.

«Удивление деревенских детей совсем другого типа – как от чего-то, что ты еще никогда в жизни не видел»

Итальянская ассоциация Una Mano Per Un Sorriso уже не первый год реализует в горячих точках планеты программу Miles x Smiles. Автор программы – фокусник, чемпион мира по фокусам, писатель, фотограф Флип Маттиа (Flip Mattia) – один или вместе с волонтерами из разных стран мира ездит с представлениями по миру.

Суть проекта в том, чтобы привозить радость туда, где ее нет: территории военных действий, беднейшие регионы планеты. Волонтеры приезжают и с гуманитарными проектами, но также и для того, чтобы подарить эмоциональную разрядку детям и семьям. Miles x Smiles уже были в Сирии и Палестине, показывали представления для сирийских и афганских беженцев в Греции, летали в Танзанию и Кению.

– Когда во всем мире произошел COVID-19, у меня появилась мысль приехать с представлениями в глухие деревни Беларуси. Я сама родилась в деревне в Гомельской области и жила там до восьми лет. Так что я хорошо представляю себе, что такое глухая деревня после частичного переселения людей из-за взрыва на Чернобыле.

Я помню обстановку: это пустые дома, мероприятия там проходят редко. В последние годы мы все замечаем, что жизнь из деревень уходит еще быстрее, останавливается и умирает. У людей, которые там остаются, нет возможности выйти из этого круга, выплеснуть где-то своим эмоции.

Марина вспоминает, что в мечтах команды идея выглядела так. В глухую деревню приезжает фургон с клоунами. Они открывают двери, выставляют реквизит и начинают показывать спектакль. Кто собрался, тот молодец.

Но реальность внесла свои коррективы. Приехать без разрешения куда-то и показывать представления в Беларуси нельзя. Второе препятствие – карантин и сохранение безопасной дистанции таким образом, чтобы всем было комфортно, а риск заражения сводился к минимуму.

– Как больничные клоуны мы привыкли работать на очень близком расстоянии. В палате два на два сложно находиться далеко друг от друга. Тут же наша задача была в том, чтобы сохранять максимальную дистанцию, но при этом стереть границы между нами и детьми. Для сохранения расстояния использовали реквизит; если какого-то ребенка вызывали на сцену, то обязательно сохраняли дистанцию полтора метра. В общем, справились.

За пять дней больничные клоуны показали 14 спектаклей в разных деревнях – в среднем получалось по три спектакля в день. Об их организации договаривались через Центры творчества детей и молодежи, выходили на заведующих библиотек и ДК, приезжали в интернаты. Туда посторонних из-за пандемии тоже не пускают, так что люди с инвалидностью и пожилые люди, которые там живут, наблюдали за представлением из своих окон.

Итальянские коллеги приехали поддержать белорусских больничных клоунов. Руководительница ассоциации Una Mano Per Un Sorriso Паола Виола (Paola Viola) делала фотографии, а Флип Маттиа принимал непосредственное участие в представлениях.

Эти пять дней очень вдохновили белорусскую команду – теперь у них в планах купить свой фургон и выезжать с представлениями не только по Гомельской области, но и по всей Беларуси.

– По реакции детей на наше представление сразу видно, кто живет в деревне, а кто приехал к бабушке на лето. Программе удивлялись и те, и другие. Но удивление деревенских детей совсем другого типа, как от чего-то, что ты еще никогда в жизни не видел. Это мне напоминало нашу волонтерскую поездку в Кению.

«Для многих детей в Кении это было первое и, наверное, последнее представление в жизни»

Марина вместе с белорусским коллегой Алексеем Машковским в 2019 году как волонтеры ездили с программой Miles x smiles в Кению. Раньше Кения была самым безопасным из мест, куда ездят волонтеры программы. Все остальные места – это горячие точки, где идут военные конфликты.

Группа из 7 клоунов-волонтеров – двоих белорусов и пяти итальянцев – жила в столице страны Найроби на окраине, на самой крупной свалке Африки. Сюда свозят мусор отовсюду, а люди строят себе жилища из листов металла и палок. Там бедность, антисанитария, отсутствие школ и невозможность найти работу. Потому что на людях, которые живут на свалке, на всю жизнь остается «клеймо» – и получить хоть какую-то работу практически невозможно.

– В течение 15 дней в Кении мы давали по два спектакля в день. Ездили по школам, где учатся дети с особенностями, детским домам. По факту это не детский дом, а просто состоятельный человек построил большое помещение, куда собрал детей, у которых нет родителей, и присматривает за ними.

Были в школе милосердия для ВИЧ-инфицированных детей, в спортивных школах, в одной из самых опасных школ страны, где учатся дети-беспризорники, ранее подвергшиеся насилию. Везде мы показывали спектакли и общались с детьми. Это было трогательно. Для многих детей, которых мы встретили, это было первое и, наверное, последнее представление в жизни.

Коренные жители белорусских деревень тоже отличаются тем, что совершенно не избалованы радостью. Мы это сильно ощущали и именно поэтому хотим вернуться. Потому что понимаем, что запрос очень большой.

Я вспоминаю время, когда мне было 7 лет и я тоже жила в деревне: когда приходила моя очередь пасти деревенских коров, моим единственным развлечением на день было то, что я искала тень в поле, чтобы спрятаться.

Сейчас мало что изменилось – я понимаю, чем занимаются дети в деревне. Они точно не смотрят фокусы, не играют с клоунами и не получают особенного внимания к себе даже со стороны семьи, ведь взрослые постоянно находятся в ситуации вынужденной работы с утра до вечера.

Решать социальные проблемы и помогать можно через радость, фокусы и бытовую магию – это доказывает многолетняя деятельность больничных клоунов. COVID-19 сильно изменил жизнь и повлиял на работу многих людей. Но, как показывает пример Funny Nose, даже такие травматичные изменения могут быть началом новой истории.

Материал создан журналом CityDog.by вместе с Центром «Живая Библиотека» и Офисом европейской экспертизы и коммуникации. Если вы знаете о других инклюзивных практиках, дайте нам знать.

Фото: Флип Маттиа

Падпісацца на навіныПадтрымацьВаланцёрства
Глядзіце таксама
Навіны

Збіраем базу інклюзіўных практык

Інклюзія

«Я мерила барменов рулеткой». Как создавали инклюзивную кофейню в Минске

Кнігі

«Ты ж была ў аэрапорце». Як страх захварэць на COVID-19 спараджае стыгму

Інклюзія

Большой репортаж из минской инклюзивной кофейни